Путешествие на край земли
В начале июня я выехал из Хельсинки на своём автомобиле. На север, на край земли. В тундру. Туда, где заканчивается привычный мир и начинается другое измерение. Финское лето в этот раз оказалось не по-северному щедрым — солнце светило, но не жгло, и я с улыбкой думал о том, как неплохо экономлю на кондиционере. Ветер, врывавшийся в открытое окно, пах свежестью, мхом и свободой.
Мой путь лежал с самого юга Финляндии до её верхней точки. Чем дальше я ехал, тем больше менялась природа: леса редели, уступая место бескрайним просторам, где небо сливалось с землёй, а горизонт уходил в бесконечность. Я останавливался у озёр, смотрел, как ветер рябит тёмную воду, и слушал тишину, которой так не хватает в городах. Каждый километр приближал меня к чему-то настоящему.
Обещания Деда Мороза))
В Рованиеми я остановился на ночёвку — и кто бы мог подумать, что встречу там самого Деда Мороза! Представляете: июнь, солнце почти не садится, а я стою и беседую с живым Дедом Морозом. Спросил его о тех подарках, что не долетели до меня в детстве. Он серьёзно пообещал всё учесть в будущем. Ну, я ему поверил. Мы даже сфотографировались на память.
Дальше — Норвегия. Граница с Финляндией здесь просто условность: выезжаешь из одной страны в другую, даже не заметив никакого пункта. Только дорога, сосны и чувство, что границы — лишь выдумка людей. Через Норвегию я двинулся к российскому пограничному переходу. И тут меня ждал сюрприз: ни одной машины! Я пересек границу меньше чем за час. Это было настолько невероятно, что я даже не поверил своим глазам. Когда я вспомнил о многолетних восьмичасовых очередях на границах с Латвией и Эстонией, Норвегия в моих глазах стала просто героиней. Природа там была суровой, но красивой — скалы, уходящие в воду, фьорды с зеркальной поверхностью, и ощущение, что ты едешь по краю карты.
А потом началась тундра.
Она встретила меня тишиной и бескрайностью. Земля расстилалась до самого горизонта — каменистая, холодная, но невероятно живая. Редкие растения цеплялись за каждый миллиметр жизни, а среди камней пробивались удивительные цветы — нежные, яркие, вопреки ветру и холоду. Цветы тундры — они как женщины: хрупкие на вид, но невероятно сильные внутри. Я останавливался, фотографировал их, разглядывал, как они держатся за этот суровый мир. Главное потрясение тундры — это звук. Точнее, его отсутствие. Здесь нет эха: звуку не от чего отражаться, и поэтому песня, начатая в тундре, летит далеко-далеко. Я пел — и мне казалось, что это слышат даже вы, мои дорогие читательницы. Слышали? 🙃
Впереди Мурманск!
Небо в тундре — бесконечное. Оно то серое, то синее, то вдруг пробивается солнечными лучами, делая всё вокруг золотым. А земля — как ковёр из мхов и лишайников, мягкая, упругая, пахнущая древностью. И я чувствовал себя крошечной точкой в этом огромном мире, но эта малость не пугала — она освобождала. Потом был Мурманск. Суровый, северный, но тёплый по-своему. Город, который дышит морем. Там я получил напечатанные экземпляры книг «Грибной сезон» и «Грибной сезон 2» и начал рассылать их по адресам. Мы договорились, что пока я «на книгах», то подпишу все экземпляры. Это было волнительно и приятно — держать в руках свои книги и представлять, как они поплывут по миру, к вам. Я сидел в арендованной квартире, за столом у окна, и подписывал каждую книгу. Рука иногда уставала, но усталость была приятная, со вкусом сделанного дела. На улице было холодно, ветер с моря заставлял вздрагивать, но внутри было тепло — от мысли, что скоро эти книги окажутся в руках моих читательниц.
Встреча с китами?
Ну и, конечно, киты. Я давно мечтал увидеть их. И вот я уже на катере в Баренцевом море (по сути край земли уже🙃). Ветер — ледяной, качает — сильно, но мои морские корни не дали мне даже подумать о сожалении. Море было тёмно-синим, почти чёрным, — как бездонное зеркало, в котором отражалось северное небо. Волны раскачивали катер, брызги оседали на лице, оставляя солёный вкус свободы. Вдалеке на шхерах лежали тюлени, лениво наблюдавшие за нами. К сожалению, киты в этот раз решили не выходить на поверхность. Зато на скалу прямо при мне вылез огромный тюлень — он развернулся, помахал мне плавником, будто говоря: «Привет, я тут главный», и с достоинством удалился в свою стихию. Я стоял, смотрел в эту синеву и понимал: не обязательно увидеть кита, чтобы почувствовать величие природы.
Я вернулся в Хельсинки почти через месяц. Дом встретил меня пустым холодильником и тишиной, которая казалась особенно громкой после поездки. Погода в Финляндии была такой же холодной, как и в Мурманске, будто север не хотел меня отпускать. Внутри меня поселилась настоящая северная тишина, синее море и благодарность каждому из вас за то, что вы со мной даже на краю земли. Путешествие на край земли — оно на самом деле не про расстояние. Оно про то, чтобы найти себя. И мне кажется, я это сделал. 💙
